Стоит ли опасаться исчерпания запасов нефти?
Воскресенье, 04.12.2016, 19:18
Приветствую Вас Гость | RSS
Мой сайт
Главная | Регистрация | Вход
Меню сайта
Мини-чат
200
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 2
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Поиск
Календарь
«  Апрель 2014  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Главная » 2014 » Апрель » 23 » Стоит ли опасаться исчерпания запасов нефти?
    19:27
     

    Стоит ли опасаться исчерпания запасов нефти?

    Необходимо спросить себя, не «сколько нефти у нас осталось», а «сколько ее потребуется», переместив акцент с предложения на потребление

    Нефти слишком мало, чтобы мы продолжали топить печки ассигнациями. Эта немудрящая истина дошла до большинства представителей нашего вида всего через сотню лет после близкой сентенции Дмитрия Ивановича Менделеева. Но, как это часто бывает с запоздалыми прозрениями, осознание не обошлось без некоторой излишней истерии.

    Впрочем, до какой-то степени ее можно понять. Не хватает нефти уже сейчас, когда ее крупнейшим потребителем являются США (22% мирового потребления), в которых проживает 4,5% населения. Иными словами, если бы завтра или через 50 лет все мы вдруг стали экономически развитыми, нефтепотребление формально упятерилось бы. То есть цены на черное золото испытали бы беспрецедентный взлет, на фоне которого 1999—2008 годы показались бы раем.

    Но не все потеряно, считают исследователи из Стэндфордского университета(США) во главе с Адамом Брандтом (Adam Brandt). Вызывающий столь острое беспокойство «пик нефти» мог быть результатом неправильной постановки вопроса. Ученым следовало спросить себя, не «сколько нефти у нас осталось», а «сколько ее потребуется», переместив акцент с предложения на потребление.

    По их мнению, чем интенсивнее растут нефтяные цены из-за сжатия предложения, тем активнее потребление переключается на заместители нефтепродуктов. Так, отмечается, что в 2000—2012 годах производство биотоплива выросло в шесть раз, резко увеличилось и число автомобилей на природном газе.

    В некоторых странах речь идет о значительной роли последнего явления в общем балансе: 15% машин в Аргентине двигаются на метане, а общемировые темпы роста метанового парка равны якобы 25% в год (это, конечно, приближение). Что особенно важно, там, где метановых заправок много, обратный откат к нефти уже невозможен по чисто экономическим причинам, подчеркивают стэнфордцы и Ко.

    Есть и другие способы соскакивания с нефтяной иглы. В КНР, например, в крупных городах нельзя свободно купить автомобиль. Чтобы получить такое право, средняя жертва диктатуры КПК вынуждена играть в недешевую лотерею, в которой всегда выигрывает государство, либо заставляя из года в год откладывать покупку, либо вынуждая платить взятку за незаконный выигрыш, который обходится в цену авто. В итоге одни только продажи электровелосипедов и электроскутеров в Китае равны 20 млн в год — то есть превышают весь прирост транспортного парка в США за год. Нет нужды говорить, что электротранспорт несравнимо экономичнее и вообще не привязан напрямую к нефти.

    «Если цены на нефть превысят свои текущие уровни на протяжении длительного времени, скорее всего, мы увидим еще большие усилия по росту топливной эффективности и использованию альтернатив обычной нефти», — полагает соавтор исследования Адам Миллард-Болл (Adam Millard-Ball) из Калифорнийского университета в Санта-Крусе (США). То есть чем хуже, тем лучше?

    Не совсем так. Хотя авторы работы уверены в том, что альтернативные источники топлива всегда смогут закрыть нефтяную брешь, связанную с постепенным падением предложения в будущем, остается большой вопрос: не окажется ли лекарство хуже болезни? Как они отмечают, производство биотоплива, растущее невиданными темпами, ведет к серьезному удорожанию продовольствия во всем мире; кроме того, оно энергозатратно, а также требует внесения удобрений, многие из которых представляют собой невозобновляемые ресурсы. Именно его рационализация — это и есть, как им кажется, ключевая трудность для тех стран, которые хотят сохранить свою окружающую среду.

    Другим позитивным моментом, подрубающим спрос на получаемые обычным путем нефтепродукты, остается успешное развитие нетрадиционных источников нефти и газа — битуминозных песков и сланцев.

    Скажем прямо: оптимизм исследователей, касающийся быстрого замещения нефтепродуктов альтернативными видами топлива, представляется несколько преувеличенным. Обратим внимание на факты: самой нефтепотребляющей державой в мире являются США со 110 тысячами метановых машин, а самой склонной к газификации транспорта — Иран, где их в тридцать раз больше. В чем же дело?

    В 2006 году Иран имел 1500 автомобилей, способных ехать на метане, и шестьдесят соответствующих заправок. В США в то же время таких машин было 120000. Сегодня в стране победившего исламизма их, по разным данным, от 2,95 до 3,3 млн штук, а заправок — 2500. Это по меньшей мере 20% от общемирового метанового парка, и Тегеран, некогда известный ежевечерним смогом, наконец-то стал городом с относительно приемлемым средним качеством выхлопных газов. Благодаря резкому росту спроса на метановые машины автоиндустрия Ирана сегодня — вторая по доле в ВВП страны (сразу за нефтегазовым сектором) и приносит 10% ВВП. Эта доля больше, чем у любой отрасли промышленности в США. Да что там, в Штатах вся промышленность дает лишь 19,2% от ВВП! Зато у американцев число метановых машин упало, снизившись уже в 2009 году до 110 тысяч, и это несмотря на экспансию цен на нефтепродукты...

    В чем причина лидерства Ирана? Что позволило 80-миллионной стране за семь лет стать мировым лидером в газификации транспорта, обогнав метановый парк Индии и КНР (суммарно 2,6 млрд населения) вместе взятых?

    Как известно, истинными благодетелями иранского народа стали президенты США Джордж Буш-мл. и Барак Обама. Некогда иранскую нефть массово вывозили из страны, перерабатывали, а затем ввозили обратно в виде бензина и дизтоплива. Где-то в 2006 году американская администрация решила, что ей нужно принудить Иран к отказу от самостоятельной политики в области национальной обороны, и наложила на страну тяжелейшие санкции, которые с тех пор только усиливались. В итоге бензина в стране не стало, равно как и импортных машин, и их пришлось срочно замещать, откуда и ренессанс автоиндустрии (с 0,8 млн до 1,6 млн машин в год в 2005—2010) вкупе с резким падением расходов на топливо. Процесс газификации пока не закончен: в Иране еще 11 млн неметановых авто, так что росту автопрома там ничто не угрожает. Резюме: все, что не убивает, делает вас сильнее.

    В этой идиллической истории не хватает одной детали: у всего остального мира над головой не стоят США с большой дубинкой. Поэтому правительства большинства других стран не так разумны в своих действиях, включая те же Штаты, пытающиеся внедрять метан всяческими федеральными программами аж с 1980 года — то есть с тех же пор, что и СССР/Россия. И с теми же печальными результатами. Поэтому без дополнительных толчков — вроде очередного безумного скачка цен нефть — быстрого перехода на альтернативное топливо ждать, само собой, ни от кого не приходится...

    Даже если спрос на нефть будет снижаться минимально возможными темпами (верхний пунктир), к концу столетия он упадет ниже нынешних цифр. Возможное замещение природным газом, включая сланцевый, и нефтью из нетрадиционных источников способно «закрыть вопрос» к 2035 году (иллюстрация A. Brandt et al., Mijos.)

    Источник: А. Березин, compulenta.computerra.ru / Environmental Science & Technology

    На заставке фото с сайта i.dailymail.co.uk

    Просмотров: 92 | Добавил: cdoymen | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Copyright MyCorp © 2016 | Сделать бесплатный сайт с uCoz